Мосина Валентина Анатольевна, к.м.н., доцент кафедры госпитальной терапии и иммунологии с курсом последипломного образования; кардиолог
660022, Красноярск, ул. Партизана Железняка, 1; 660022, Красноярск, ул. Партизана Железняка, 3А
Valentina A. Mosina, Cand. of Sci. (Med.), Associate Professor of the Department of Hospital Therapy and Immunology with Postgraduate Education Course; Сardiologis
1 Partizana Zheleznyaka str., Krasnoyarsk, 660022; 3A Partizana Zheleznyaka str., Krasnoyarsk, 660022
Демко Ирина Владимировна, д.м.н., профессор, заведующий кафедрой госпитальной терапии и иммунологии с курсом последипломного образования; заведующий легочно-аллергологическим центром
660022, Красноярск, ул. Партизана Железняка, 1; 660022, Красноярск, ул. Партизана Железняка, 3А
Irina V. Demko, Dr. of Sci. (Med.), Professor, Head of Department of Hospital Therapy and Immunology with Postgraduate Education Course; Head of Pulmonary Allergology Сenter
1 Partizana Zheleznyaka str., Krasnoyarsk, 660022; 3A Partizana Zheleznyaka str., Krasnoyarsk, 660022
Пелиновская Лилия Ивановна, к.м.н., ассистент кафедры госпитальной терапии и иммунологии с курсом последипломного образования; кардиолог
660022, Красноярск, ул. Партизана Железняка, 1; 660022, Красноярск, ул. Партизана Железняка, 3А
Liliya I. Pelinovskaya, Cand. of Sci. (Med.), Associate Professor of the Department of Hospital Therapy and Immunology with Postgraduate Education Course; Сardiologist
1 Partizana Zheleznyaka str., Krasnoyarsk, 660022; 3A Partizana Zheleznyaka str., Krasnoyarsk, 660022
Рязанов Александр Евгеньевич, кардиолог, заведующий отделением кардиологии № 1
660022, Красноярск, ул. Партизана Железняка, 3А
Aleksandr E. Ryazanov, Нead of the Department Of Сardiology, Сardiologist
3A Partizana Zheleznyaka str., Krasnoyarsk, 660022
Вериго Яна Игоревна, к.м.н., кардиолог
660022, Красноярск, ул. Партизана Железняка, 3А
Yana I. Verigo, Cand. of Sci. (Med.), Сardiologist
3A Partizana Zheleznyaka str., Krasnoyarsk, 660022
Кочкина Ксения Владимировна, к.м.н., врач по рентгенэндоваскулярным методам диагностики и лечения
660022, Красноярск, ул. Партизана Железняка, 3А
Ksenya V. Kochkina, Cand. of Sci. (Med.), doctor of X-ray endovascular methods of diagnosis and treatment
3A Partizana Zheleznyaka str., Krasnoyarsk, 660022
Касымова Карина Фарман кызы, кардиолог
660022, Красноярск, ул. Партизана Железняка, 3А
Karina F. Kasymova, Сardiologist
3A Partizana Zheleznyaka str., Krasnoyarsk, 660022
Введение. Увеличение числа кардиохирургических вмешательств привело к росту случаев инфекционного эндокардита протезированных клапанов и внутрисердечных устройств. Оба эндокардита связаны с трудностями диагностики, лечения и плохим прогнозом, что делает актуальным анализ клинических проявлений данных форм эндокардита, особенно в сопоставлении с результатами других исследований.
Цель работы. Выявить особенности клинических проявлений инфекционного эндокардита протезированных клапанов и эндокардита внутрисердечных устройств.
Материал и методы. Проанализированы клинические проявления, лабораторные, эхокардиографические данные и их динамика на фоне терапии у пациентов с инфекционным эндокардитом с локализацией на протезе (37 пациентов) или электродами в сердце (15 пациентов). В группе сравнения был 21 пациент с инфекционным эндокардитом нативного клапана.
Результаты. В группе инфекционного эндокардита протезированных клапанов и внутрисердечных устройств наблюдались пациенты более старшего возраста. При всех формах инфекционного эндокардита наиболее часто встречались лихорадка, слабость и недомогание, из лабораторных показателей – ускорение скорости оседания эритроцитов и лейкоцитоз, повышение уровня С-реактивного белка. Проявления сердечной недостаточности чаще наблюдались в группе протезного эндокардита (59,4%), эндокардита нативного клапана (40%), электродного эндокардита (20% случаев). Наиболее частым возбудителем инфекционного эндокардита был золотистый стафилококк. Проанализированы заболевания и операции, предшествовавшие инфекционному эндокардиту, время возникновения симптомов.
Заключение. Вид протеза и его локализация не исключают возможность возникновения эндокардита. У пациентов с электродным эндокардитом инфекция локализовалась в 2/3 случаев только на электроде, в 1/3 случаев – на электроде и трехстворчатом клапане. Для инструментальной диагностики протезного и электродного эндокардита была более информативна чреспищеводная эхокардиография. Консервативное лечение было успешным у 75% пациентов с протезным инфекционным эндокардитом, а при электродном оперативное вмешательство потребовалось 53,3% больных.
Background. The increase in the number of cardiac surgeries has also led to a growth in cases of infective endocarditis of prosthetic valves and intracardiac devices. Both endocarditis are associated with difficulties in diagnosis, treatment and poor prognosis, which makes it relevant to analyze the clinical manifestations of these forms of endocarditis, especially in comparison with the results of other studies.
Objective. To identify the features of clinical manifestations of infective endocarditis of prosthetic valves and endocarditis of intracardiac devices.
Materials and methods. We analyzed clinical manifestations, laboratory, echocardiographic data and their dynamics during therapy in patients with infective endocarditis localized on the prosthesis (37 patients) or electrodes in the heart (15 patients). In the comparison group there were 21 patients with IE of the native valve.
Results. Older patients were observed in the infective endocarditis group of valve prostheses and intracardiac devices. In all forms of infective endocarditis, the most common symptoms were fever, weakness and malaise; laboratory indicators included accelerated ESR and leukocytosis, and increased CRP. Manifestations of heart failure were more often observed in the group of prosthetic endocarditis (59.4%), in the group of native valve endocarditis in 40% of cases, in the group of electrode endocarditis less often – in 20% of cases. The most common causative agent of infective endocarditis was Staphylococcus aureus. We analyzed diseases and previous operations of infective endocarditis, as well as the time of onset of symptoms.
Conclusion. The type of prosthesis and its location do not exclude the possibility of endocarditis. In patients with electrode endocarditis, the infection was localized in 2/3 of cases only on the electrode, in 1/3 of cases – on the electrode and the tricuspid valve. For instrumental diagnosis of prosthetic and electrode endocarditis, transesophageal echocardiography was more informative. Conservative treatment was successful in 75% of patients with prosthetic infective endocarditis, and with electrode infective endocarditis, surgical intervention was required in 53.3%.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.